Образование и семейное положение боевиков ИГИЛ удивило исследователей | Военное дело | ИноСМИ

Научные сотрудники американской военной академии West Point проанализировали анкеты более 4 тысяч человек, вступивших в ряды ИГИЛ.

Выяснилось, что в ИГИЛ систематически работают над сбором данных об образовании, амбициях и происхождении тех, кто сражается в отрядах организации.Колонна автомобилей с боевиками "Исламского государства" на пути из Сирии в Ирак

Skånska Dagbladet
Berlingske
The Guardian

Утечка данных от перебежчика

Когда в 2014 году террористическая группировка, называющая себя «Исламское государство», захватила обширные территории Ирака и Сирии, туда устремились новобранцы. Многие ее сторонники хотели присоединиться к организации, которая объявила себя халифатом. В январе этого года на сайте сирийской оппозиции, а потом и в западных СМИ появилась масса персональных данных участников ИГИЛ. Американская радиокорпорация NBC была одной из компаний, получивших большое количество данных от одного перебежчика.

Исследователи террора, сотрудничающие с американской военной академией West Point, проанализировали материалы и пришли к выводу, что это настоящие документы, содержащие данные о зачислении на службу ИГИЛ 4 188 человек с начала 2013 года по конец 2014-го, большинство данных записано в формате PowerPoint.

Вот некоторые данные из этих документов:

Откуда они приходят?

Сторонники террористов, упомянутые в документах — представители 70 стран. Наибольшее количество желающих вступить в группировку, всего 2 100 человек, прибыли из Саудовской Аравии, Марокко, Туниса, Турции и России. Пять стран, поставивших наибольшее количество новобранцев в соотношении новобранцы/население страны, — это Саудовская Аравия, Тунис, Косово, Бахрейн и Ливия. Двое из этого числа — выходцы из Норвегии, 14 — из Дании и 14 — из Швеции.

Сколько им лет?

Средний возраст составляет 26–27 лет, самый распространенный год рождения — 1987. Исследователи с удивлением обнаружили большой диапазон возрастов. 31 июля 2014 Абд аль Азиз аль Кыргыз приехал в Сирию через пограничный переход Ярабулуз на турецкой границе. Он сообщил, что женат, имеет пятерых детей и совершенно точно будет иметь еще и внуков, поскольку он родился в 1945 году. Еще 12 новобранцев родились в 50-е годы, поэтому, когда они вступили в группировку, им было уже давно за пятьдесят. Среди них были инженеры, учителя, предприниматели и один саудовский государственный чиновник. По другую сторону возрастного диапазона — 41 подросток моложе 15 лет. 4 июля 2014 в ИГИЛ пришли, например, два узбекских брата 12 и 14 лет. Их отправили в тренировочный лагерь, но вскоре выслали к своему отцу, который был известен ИГИЛ.


Есть ли у них семья?

61% новобранцев — холостяки. 30% сообщили, что они женаты. 9% не ответили.

Эти цифры в целом представляются любопытным противовесом распространенному мнению, что эти боевики являются отверженными и одинокими, отправившимися на войну, потому что их ничто не держало на родине, пишут научные сотрудники академии West Point. По их мнению, есть тип воинов, идущих на священную войну с сильной верой в существование халифата. И эта вера такова, что они отказываются от своих домов и обязанностей, чтобы присоединиться к ИГИЛ.

Есть ли у них образование и работа?

Похоже, что новобранцы имеют хорошее образование по сравнению с уровнем образования в своих странах, указывают исследователи. Половина из них закончили среднюю школу, и половина из этих выпускников учились некоторое время в высших школах. Они указывают, как процесс вербовки используется для нахождения талантов. Один из боевиков. 27 лет, сообщил, например, что он является инженером-химиком и семь лет жил в Германии. «Важно! У него есть опыт работы в химической области», — записал чиновник ИГИЛ в его анкете.

Исследователи обратили также внимание на то, что безработица была не особенно высокой среди новобранцев, но похоже, что они работали чернорабочими, несмотря на уровень образования. 70 из числа желающих присоединиться к группировке служили ранее в армии и полиции. 50 из них приехали из Саудовской Аравии. Обычно они презрительно отзывались о своих бывших работодателях; называли, например, саудовскую национальную гвардию «гвардией атеистов».

Один 24-летний новобранец из Газиентепа в Турции написал про свою прежнюю работу, что он был «наркоторговцем». «Да простит Бог его и нас»,- говорится в примечании офицера-вербовщика.


Есть ли у них религиозная подготовка?

Одним из вопросов анкеты был, насколько хорошо желающие присоединиться к группировке знают законы шариата. Семь из десяти признались, что имеют только самые начальные знания. Только один из 20 сказал, что хорошо знает шариат.

Много ли они путешествовали?

Примерно половина из числа новобранцев сообщили, что они ранее путешествовали. Большинство побывали в двух-трех странах, но у некоторых за плечами опыт многочисленных поездок в другие страны. Новобранец из Швеции Абдалла Бин Мухаммад Аль Зайдан побывал в 14 странах. Выходец из Франции 1956 года рождения, принимавший участие в священной войне в Мали, назвал 38 мест, которые он посетил в других странах.

Как они приехали в Сирию

93% новобранцев перебрались в Сирию через шесть пропускных пунктов на турецкой границе. Трети новоприбывших помог «пограничник ИГИЛ» Абу-Мухаммад Аль-Шимали.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

Почему до сих пор живы и где прячутся боевики «халифата»

Вопреки логике событий, исламский «халифат» все еще жив. Утверждать, что ИГИЛ полностью уничтожен, было бы явным преувеличением, хотя террористы и понесли сокрушительные потери.

Итог и не мог быть иным, поскольку попытка противостоять открыто боеспособному профессиональному противнику — подразделениям России, Ирана, международной коалиции и правительственных армий Ирака и Сирии — силами наспех собранной и вооруженной «армии» боевиков было очевидным актом самоубийства.

Еще предстоит выяснить, каким образом на вооружении террористов помимо захваченной на складах армий Ирака и Сирии техники и вооружений оказались и вполне современные виды оружия и боеприпасов западного производства. Не до конца ясно, кто и на какие средства перебрасывает сейчас оставшихся боевиков в другие страны и регионы мира, кто их финансировал и информировал. На все вопросы, вероятно, ответить не удастся, но очевидно, что некие силы и сейчас не заинтересованы в окончательном уничтожении наследников «халифата» и это, возможно, объясняет, почему они до сих пор живы и на свободе.

Военный эксперт назвал главных спонсоров террористов в Сирии >>

Разгром «халифата» занимает куда больше времени, чем следовало бы, если учитывать все преимущества, имеющиеся у непримиримых врагов этой террористической организации. Им очень помогли мания величия, религиозный радикализм и стремление к гегемонии лидеров ИГИЛ.

Бандиты и убийцы собрались в одном окопе

А самым лучшим подарком для России, Европы и США стал призыв к радикальным мусульманам мира присоединиться к джихаду ради «халифата». Явные и потенциальные экстремисты в массовых количествах устремились в Ирак и Сирию, и их оказалось настолько много, что большая часть Европы, мусульманские регионы России практически очистились от основной массы состоявшихся и потенциальных террористов. Их выявление и борьба с ними, таким образом, упростились, став прерогативой не столько спецслужб, сколько ударной авиации. Никаких сложных расследований, сбора доказательств и судебных дел — проблему решает бомбовый или ракетный удар.

© AP Photo / Maya Alleruzzo

Боевики ИГИЛ.

Открытое боевое противостояние при значительном техническом и материальном превосходстве врагов «халифата», позволило «размолоть» джихадистов в таком количестве, что время, которое в ином случае пошло бы на вылавливание террористов из подполий в разных регионах мира, можно оценивать годами усилий спецслужб. Уничтоженные в открытом бою боевики уже не совершат кровавые теракты, которые стоили бы сотен жизней мирных граждан.

В сирийской провинции Эс-Сувейда уничтожены сотни боевиков ИГ* >>

Москву нередко критикуют на Западе и в самой России за то, что она «влезла» в сирийскую гражданскую войну, потеряла там жизни своих военнослужащих и огромные финансовые средства. Но тысячи уничтоженных в Сирии усилиями российских ВКС и спецназа потенциальных убийц в противном случае причинили бы стране столько вреда и горя, что ее потери в Сирии можно считать относительно малой ценой.

Сколько боевиков осталось и где они находятся?

Насколько ИГИЛ на самом деле «потрепан»? Если сравнить доступные данные последних пяти лет, то, скорее всего, уничтожено от 30 до 40 процентов вероятного числа бойцов «халифата».

Москва оценивает количество убитых в Сирии и Ираке джихадистов-выходцев из России более чем в 4 тысячи человек. Около 10-15% общего числа боевиков попали в плен, треть из них — будучи ранеными. Следовательно, «халифат» потерял более половины из тех 65000—70000 бойцов, в которые ранее оценивались его людские резервы.

В Европу удалось попасть лишь малой части оставшихся в живых и на свободе экстремистов — от 500 до 600 боевиков могут сейчас находиться в различных европейских странах. Многие из них уже идентифицированы и пойманы, значительная часть о мести «неверным» не помышляет, собираясь впредь жить мирно и тихо. Но остающихся вне поля зрения примерно 30 тысяч боевиков вполне достаточно, чтобы держать мировое сообщество в напряжении. Очевидно, что некоторая их часть остается в Сирии, откуда поступают сведения о терактах и нападениях на военнослужащих коалиции, о гибели американских солдат.

Оживший мертвец аль-Багдади не спасет свой «халифат» >>

Но большая часть «пропавших» боевиков, скорее всего, была доставлена их покровителями в Афганистан. Несмотря на все контрдействия, многие бойцы ИГИЛ сумели укрыться в Йемене и в Ираке, в Ливане и в Ливии, а также в Африке, в ЦАР. Нельзя такую возможность полностью отрицать, но, вероятнее всего, у боевиков уже нет централизованной организации и единого командования.

Украина удобна для «транзита» террористов в Европу

Самые большие организованные группировки, несомненно, базируются сейчас в Афганистане, в Ливии и в Центральной Африке, где они находят поддержку в мятежных регионах. Нельзя отрицать существование боевых групп и в Ираке, где они выживают благодаря продолжающемуся противостоянию между местными суннитами и шиитами.

Теракты в США и Европе пока по-прежнему «не по зубам» ИГИЛ, но это не значит, что опасности терактов вовсе не существует. Атаки совершаются и будут еще какое-то время совершаться в будущем силами религиозных фанатиков-одиночек, которые, даже не являясь частью организации, способны и готовы сражаться как индивидуально, так и в маленьких группах.

Идеология ИГИЛ остается угрозой для Турции и России, для Европы. «Волки одиночки», маленькие группы, спрятавшиеся в разных местах стран Средней Азии и на их границах — в Афганистане. Их целями являются Россия, Украина, и через Украину с ее возможностями безвизовых поездок в ЕС и с ее уровнем коррупции — западно-европейские страны. Нельзя исключить, что будет предпринята попытка активизировать где-нибудь подпольный центр ИГИЛ.

Евросоюз шокирован количеством европейского оружия у террористов >>

Рассеянные части «халифата» уже нельзя слить в одно целое, но, используя социальные сети, можно попытаться запустить под названием «Нового ИГИЛ» волну террора маленьких групп на больших территориях — включая Ближний Восток, США, Россию и Европу.

*Террористическая организация (ДАЕШ/ДАИШ, исламский халифат) запрещена в ЕС, РФ и США.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Профессия «боевик». Как становятся членами ИГИЛ и откуда получают зарплату | В мире | Политика

Боевики против боевиков?

Чуть более 2 лет тому назад, находясь в плену у боевиков, я несколько дней пробыла в доме, где был телевизор. Боевики, охранявшие меня, смотрели разные оппозиционные сирийскому правительству телеканалы, на которых показывали новости о действиях новой группировки, пафосно называвшей себя «Исламским государством Ирака и Шама». Шам — это историческая область так называемой Большой Сирии, включающей в себя не только территорию современной Сирийской Арабской Республики, но и ряда соседних с ней государств. На русском языке арабскую аббревиатуру «ДААШ» (или «ДАИШ») принято писать как ИГИШ или ИГИЛ, заменяя топографическое понятие «Шам» на близкий ему по смыслу термин «Левант». До сих пор помню, как удерживавшие меня боевики смеялись, слушая эти новости, и недоумевали, что это за конкуренты появились у них на охваченной гражданской войной сирийской земле.

Спустя полтора года, в марте 2014-го, двое из тех, кто охранял меня в те дни в небольшом летнем домике в нескольких километрах от так называемой «столицы сирийской революции», города Хомса, были похищены и зверски казнены боевиками теперь окрепшей ИГИЛ. Сирийские боевики, которых боялись миллионы их соотечественников, потерявшие близких и вынужденные покинуть свои дома, сами стали одной из целей группировки, от которой официально «открестилась» даже зловещая «Аль-Каида».

Из людей — в нелюди: три пути

Несмотря на то, что СМИ много говорят об участии в рядах группировки граждан иностранных государств, основной контингент боевиков ИГИЛ всё же составляют выходцы из стран региона, так или иначе втянутых в текущий вооружённый конфликт, имеющий своей целью передел существующих границ Ближнего Востока. Причины вступления людей в ряды кровожадных нелюдей различны. Кто-то изначально имел проблемы с психикой и только и искал возможности для выброса накопленной агрессии. Именно такие отрезают головы пленным, они же расстреливают захваченных людей десятками и даже сотнями.

Илие Эйд. Другие просто выражают или изображают лояльность захватившим их населённый пункт террористам. Основная цель новоявленного бандита в данной ситуации — сохранить жизни себе и своим близким. Часто подобным образом действуют бывшие силовики и военные, а также чиновники, опасающиеся того, что им «предъявят счёт» за активную деятельность на благо светского государства, власть которого была свергнута боевиками с помощью оружия.

Третьи «записываются в бандиты» от безысходности и необходимости кормить свои семьи, не выдерживая длительной пытки отсутствием средств для существования. Именно этих третьих — подавляющее большинство. Выбирая между перспективой быть убитым боевиками и возможностью выжить, да ещё и что-то заработать, тысячи вполне обычных людей примыкают к самой страшной террористической группировке современности. Главари террористов покупают этих людей за деньги. Каково же происхождение этих средств?

Откуда деньги?

Большую часть составляют пожертвования частных лиц и организаций. Этот источник впервые был задействован для финансирования группировок, орудовавших на территории Сирии, ещё до возникновения ИГИЛ. Большинство жертвователей проживает в странах Персидского залива. Среди наиболее активных экспертами называются граждане и организации Саудовской Аравии, Катара, Кувейта. Причём, по мнению экспертов, до боевиков доходят далеко не все перечисляемые для их нужд средства: достаточно большая их часть «теряется» по дороге, оседая на счетах многочисленных посредников, обеспечивающих секретность данных противозаконных операций. Учитывая, к примеру, что среднее количество боевиков в отряде зачастую насчитывает не более 20 человек, а средняя зарплата в Сирии из-за девальвации курса сирийской лиры к доллару нынче не превышает 100 долларов США, становится понятным то, насколько ничтожные суммы подчас требуются для того, чтобы поддерживать бандитский беспредел в отдельно взятых районах северной и восточной Сирии.

Другое дело — финансирование затрат на вооружение. Тут, с учётом многократно возросших в регионе цен на оружие и боеприпасы, требуются уже совсем другие деньги. Сбором пожертвований тут уже не обойтись. И тут, как говорится, начинается самое интересное.

Несмотря на то, что для пополнения своих «закромов» боевики этой организации не гнушаются ничем: тут и захват заложников с последующими требованиями уплаты порой астрономических по своей сумме выкупов, и присвоение любого приглянувшегося им имущества, включая недвижимость и дорогостоящие автомобили, — основными источниками доходов стали вовсе не эти «традиционные» способы заработка.

Масштаб провёрнутых операций поражает даже самое смелое воображение. Ещё в начале лета мир облетела новость о том, что боевикам удалось одномоментно завладеть почти 500 миллионами долларов и большим количеством золотых слитков, хранившихся в банках иракского города Мосула. Колоссальная сумма в наличных и золоте открыла не только перспективы практически не ограниченной закупки оружия и выплаты денежного довольствия рядовым членам ИГИЛ, но и возможность подкупа всех и вся, спровоцировав сдачу ряда стратегически важных объектов и населённых пунктов. Именно это отчасти объясняет то, с какой лёгкостью и скоростью осуществлялся захват части иракской территории.

«Новый Ближний Восток?»

Кроме того, и на это обращают внимание некоторые аналитики, боевикам не пришлось закупать оружие за границей и тратить на его приобретение большие денежные средства: оно было заранее привезено американцами в рамках перевооружения иракской армии, частично разбежавшейся (а то и прямо перешедших на сторону боевиков подразделений) при появлении полчищ радикалов . Наиболее смелые эксперты предполагают, что произошедший захват оружия и тяжёлой бронетехники изначально являлся частью американского плана, известного под названием «Новый Ближний Восток», презентованного Кондолизой Райс в Тель-Авиве ещё в 2005 году. А ведь и правда: американское правительство активизируется в антитеррористической деятельности на территории Ирака только тогда, когда «Исламское государство» посягает на территории будущих государств курдов и шиитов. Тогда как захват территорий, отводившихся, согласно этому плану, под моноконфессиональное государство суннитов (которое де-факто и создают радикалы под чёрными знаменами ИГИЛ), такого возмущения за океаном отчего-то не вызывал.

Илие Эйд. То, что радикалы действительно создают на захватываемых ими силой территориях собственное — и весьма своеобразное — государство, сомнений уже ни у кого не вызывает. Новые завоевания, а также удержание уже подчинённых территорий и функционирование на них власти боевиков требует постоянного вливания немалых денежных средств. Банки Мосула уже разграблены. Торговля древностями, похищаемыми из музеев и археологических объектов Ирака и Сирии, хотя и приносит ощутимый доход, но не в состоянии обеспечить приток денежных средств в необходимом объёме.

Продолжение расширения территории беспредела нашло куда более постоянный источник финансирования своей деятельности — согласно данным института энергетики Ирака, радикальные исламисты добывают около 30 000 баррелей нефти в день в Ираке и около 50 000 баррелей в Сирии. Эта нефть поставляется ими по заниженным ценам в Турцию и некоторые страны Европы, официально декларирующие приверженность борьбе с мировым терроризмом. По ориентировочным оценкам, сумма выручки с незаконной продажи нефти может достигать более 2 миллионов долларов ежедневно. С такими средствами и при попустительстве (а то и прямой помощи) со стороны стран Запада и Персидского залива в обозримом будущем на месте десятков некогда независимых государств действительно можно построить новый Халифат. Каким бы бесчеловечным и кровавым он ни был.

 

Абу Мясо. Так в ИГИЛ прозвали чеченского командира, отправляющего своих бойцов на смерть

Как выходцы из России влияют на процессы в террористическом государстве — в исследовании Екатерины Сокирянской

«Новая газета» продолжает публикацию цикла статьей о методах и средствах «Исламского государства» (террористической организации, запрещенной в России), с помощью которых оно вербует в свои ряды «пушечное мясо». Цикл ведет Екатерина Сокирянская, ведущий эксперт по Северному Кавказу неправительственной организации «Международная кризисная группа», специализирующейся на изучении и анализе смертоносных конфликтов.

В последние месяцы ИГИЛ (организация, запрещенная в РФ) теряет доходы, людей и территории, однако по-прежнему остается самой мощной террористической организацией на планете. По данным, которые приводит «Нью-Йорк таймс», доходы ИГ от нефти упали с 80 млн долларов в месяц в середине прошлого года до 56 млн долларов в марте 2016 года. Территория под его контролем сократилась на 22% по сравнению с серединой 2014 года, а население — с 9 до 6 миллионов. В 2016 году иракские правительственные войска при военной поддержке США освободили Эр-Рамади и сейчас нацелены отвоевать Мосул, а сирийские правительственные войска при поддержке России освободили Пальмиру. Еще ряд городов и населенных пунктов отбиты курдами и другими воюющими группировками. ИГИЛ потеснен, но войну не проиграл: продолжает удерживать стратегически важные для его существования города и сохраняет мощную армию иностранных боевиков, по оценкам экспертов, насчитывающую около 27 тысяч человек.

Россия занимает 3-е место в числе поставщиков боевиков в ИГИЛ. Россияне воюют и в группировках, аффилированных с «ан-Нусрой» (организация, запрещенная в РФ), и в независимых группах, в основном под командованием чеченских командиров. Всего, по данным российских силовиков, в Сирии и Ираке находятся до 5 тысяч наших сограждан.

Дагестанцы и чеченцы — основные этнические группы среди российских джихадистов в Сирии, однако помимо них там воюют ингуши, черкесы, карачаевцы и балкарцы, крымские татары, башкиры и русские. Конфликт разворачивается на множестве фронтов и на десятках локализованных театров военных действий, где маленькие вооруженные группировки образуют союзы с более крупными. Такие формирования часто раскалываются и объединяются, отдельные боевики переходят от одного командира к другому. Отслеживать подобные изменения трудно****Анализ, изложенный в этой статье, основывается на аналитических материалах, доступных на русском и английском языках, анализе заявлений и пропагандистских материалов джихадистов, публикаций свидетельств вернувшихся из Сирии бывших боевиков, а также записей в академических блогах Jihadology и From Chechnya to Syria.. Даже воюя в составе крупных групп, выходцы с Северного Кавказа предпочитают держаться вместе. Большинство из них говорит только на родном языке и на русском и чувствует себя в изоляции среди арабоговорящих товарищей по оружию. Некоторые воюют отдельно, не в джихадистских отрядах в разных частях Сирии, но их влияние менее заметно.

Большинство иностранных боевиков приезжает в Сирию без боевого опыта. К выходцам с Северного Кавказа относятся с уважением, особенно к чеченцам: широко распространен миф, что это люди, 20 лет воюющие с Россией. И действительно, в Сирии насчитывается немало ветеранов северокавказского джихада. Среди них — Муслим Шишани****** Шишани (араб. «чеченец»). Такую часть имени, указывающую на происхождение, обычно берут себе чеченцы в Сирии. (Мурат Маргошвили), командир группы «Джунд аш-Шам» (организация запрещена в РФ) — независимого джамаата, уже несколько лет воюющего в Латакии. Маргошвили — чеченец-кистинец из Панкиси, воевал в Чечне и Ингушетии, обладает определенной харизмой в глазах боевиков. В последнее время его группа ослабла в результате бомбардировок российских ВВС в Латакии, а также потому, что многие чеченцы из его группы ушли в ИГ. Другой молодой популярный джихадист — Абдул Хаким Шишани (Рустам Ажиев), амир группы Айнад аль-Кавказ в прошлом — боевик «пригородного джамаата» в Чечне, а затем — амир центрального фронта вилаята «Нохчи-чо Имарата Кавказ»********Вилаят (араб. «провинция»). «Имарат Кавказ», организация, запрещенная в РФ, имеет территориальные подразделения — вилаяты. Чеченское подразделение называется «Вилаят Нохчи-чо».. Абдул Хаким Шишани был серьезно ранен в Чечне, лечился в Турции, затем продолжил вооруженный джихад в Сирии.

Гораздо менее популярной фигурой является Салахуддин Шишани (Фейзулла Маргошвили) — еще один чеченец-кистинец, которого Докку Умаров в 2012 году делегировал в Сирию в качестве своего представителя для приобретения боевого опыта и налаживания связей. Салахуддин начал «карьеру» в составе группировки «Джейш-аль-Мухаджирин валь-Ансар» (организация запрещена в РФ) («Армия переселенцев и помощников», ДМА), самой крупной группы, в которой когда-либо воевали россияне, созданной и первоначально возглавляемой самым знаменитым чеченским джихадистом, выходцем из Панкиси — Абу Умаром Шишани (Тархан Батирашвили).

В момент создания группы сайт северокавказских боевиков Kavkazcenter сообщал, что ДМА объединила под своим крылом около тысячи боевиков. Однако весной 2013 года Умар Шишани перешел в ИГИЛ, часть боевиков последовала за ним, а остальные остались под руководством Салахуддина, который на тот момент наряду с Умаром был одним из самых влиятельных командиров русскоязычного джихада, имевших несколько сотен бойцов в подчинении. Впоследствии Салахуддин Шишани был отстранен от командования ДМА в результате борьбы за лидерство и заменен саудовцем, а сама ДМА примкнула к «Фронту ан-Нусра» «Аль-Каиды» (организации запрещены в РФ) и прекратила свое существование. Большинство россиян перешли в другие группировки, остатки объединились в отряд Лива-аль-Мухаджирин валь-Ансар, аффилированный с «Нусрой». Салахуддин же объявил подруппу ДМА «Имарат Кавказ в Шаме» (в Леванте) независимым отрядом, который и возглавил. Однако и эта группа в июне 2015 года раскололась, и Салахуддина снова попросили оттуда уйти. По последней информации, его новая группа (Джаиш-аль-Усра) воевала с курдами в Шейх-Масуде в феврале 2016 года.

 

Несмотря на отдельных ветеранов, подавляющее большинство российских джихадистов — новобранцы без предшествующего боевого опыта. Однако репутация бесстрашных бойцов помогает им становиться во главе независимых отрядов или быстро продвигаться в иерархии ИГ, обычно в силовых структурах. Самым высокопоставленным чеченцем в ИГ является Умар Шишани. По имеющейся информации, он руководил операцией ИГ по захвату иракской провинции Анбар, что позволило аль-Багдади провозгласить халифат, а также сыграл ключевую роль в отвоевании у повстанцев большей части востока Сирии в 2014 году. Считается, что сейчас он возглавляет военный совет и даже, возможно, — что очень необычно для неиракца — входит в Совет шуры. После того, как многие из примкнувших к группе Абу Умара Шишани погибли в боях, джихадистские оппоненты прозвали его «Абу Мясо».

В составе ИГ воюет несколько северокавказских бригад, например, бригада Аль-Акса, группа Ахмада Шишани (Ахмеда Чатаева) и недавно примкнувшая к ИГ группа амира Аль Бара.

Согласно ряду источников, многие чеченцы в ИГ работают в амнияте — силовых структурах, занимающихся контрразведкой. В то же время, по имеющейся информации, ФСБ и силовики Рамзана Кадырова пытаются внедриться в ИГ, и в последнее время руководство «Исламского государства» рассматривает каждого выходца из России как потенциального агента российских спецслужб. Так, недавно ИГ обвинило уроженца Грозного в шпионаже и казнило. Имеется неподтвержденная информация о казни еще нескольких чеченцев и одной россиянки из Кабардино-Балкарии. По некоторым данным, главный амир в ИГ по управлению службой безопасности среди русскоязычных — брат Умара Шишани Абу Абдурахман Шишани (Тамаз Батирашвили). Он же отвечает за финансовые операции.

 

По имеющейся информации, чеченцы в ИГ сохраняют солидарность. «Чеченский национализм силен даже в ИГ. Когда чеченцы арестовывают чеченца, его не пытают так жестоко, как других, и у него больше шансов выжить», — пересказали мне слова человека, совершившего побег из ИГ. Особенно много чеченцев в главном городе ИГ — в Эр-Ракке, где они, насколько известно, открыли продовольственный магазин и русскоязычную начальную школу.

Некоторые кавказцы приехали воевать в Сирию из Европы. В основном это дети жителей Чечни, бежавших туда от войны. По мнению экспертов в диаспоре, у чеченцев особая мотивация в Сирии — они продолжают свою незаконченную войну с Россией. Чеченский активист в Скандинавии объяснил: «Они лезут куда угодно, где есть интересы <президента> Путина и России, — на Украину, в Сирию».

Изменился бы кардинально расклад сил в Сирии, если бы там не было боевиков из России? Вряд ли. Влияют ли они на происходящие там процессы? Безусловно. Россияне занимают достаточно важные позиции в ИГ и в независимых группировках. По некоторым данным, в самых тяжелых боях ИГИЛ бросает в пекло свои особые группы, некий «спецназ», где много россиян. Последнее время поступает информация, что под командованием чеченских амиров независимых групп в заметном количестве воюют сирийцы. Российские боевики хорошо вписаны в сирийский джихадистский ландшафт и не забывают о своей исторической родине.

 

*Организация, запрещенная в РФ.

 

Куда делись тысячи боевиков ИГИЛ и их семьи? — Рамблер/новости

Так называемое Исламское государство (террористическая организация, запрещена в РФ — прим. ред.) потеряла почти все территории, которые контролировала в Ираке и Сирии. Похоже, что многие вооруженные исламисты при этом просто испарились.

В последние месяцы и недели мы постоянно получаем сообщения об оплотах ИГИЛ, которые падают один за другим: Мосул, Талль-Афар, Дейр-эз-Зор. Мы слышали и читали о количестве боевиков ИГИЛ, находившихся в этих городах, когда начиналось наступление. Мы слышали о том, что многие боевики ИГИЛ в Ираке и Сирии погибли в боях или были казнены, что кто-то сдался, кто-то был взят в плен, что кто-то спрятался среди гражданского населения, а кто-то вернулся на родину. Но точных цифр почти нет. Единственное, о чем можно говорить наверняка, так это о том, что многим удалось уйти — это касается и членов семей боевиков. И где они сейчас?

Когда в августе началось сражение за Талль-Афар к востоку от Мосула, большинство предполагало, что на то, чтобы отвоевать город у террористов ИГИЛ, уйдут недели. Но все заняло всего лишь пару-тройку дней. Хорошо информированный иракский источник сказал в беседе с Dagbladet, что между иракской армией и ИГИЛ было заключено соглашение: боевики должны были оставить город, получая взамен свободу передвижения. Якобы, неустановленное количество членов ИГИЛ со своими семьями бежали на запад, в Сирию.

Американская разведывательная служба, ЦРУ, в сентябре 2014 года предположила, что в Ираке и Сирии у ИГИЛ более 50 тысяч боевиков. Другие организации предполагали, что цифра эта вдвое выше. Один курдский лидер считал, что боевиков 200 тысяч.

Что же касается наемников, то комитет по безопасности и обороне национального собрания Ирака утверждал в августе, что только в Ираке их было 30 тысяч, в т.ч. 8 тысяч из Европы и 6 тысяч из Туниса. По утверждениям комитета, 28 тысяч были убиты. Разумеется, ни одну из приведенных выше цифр проверить нельзя, особенно преувеличенными кажутся цифры потерь. Потому что: где же на поле брани в Ираке трупы 28 тысяч боевиков ИГИЛ?

В декабре прошлого года американские вооруженные силы говорили о 50 тысячах убитых боевиков ИГИЛ в Ираке и Сирии в 2015 и 2016 гг. И опять: эти цифры проверить сложно.

По данным американских властей, до апреля этого года в Сирии были убиты от 25 до 30 тысяч иностранных наемников, но точно так же, как и в случае Ирака: где в таком случае все эти трупы? Координатор ЕС по вопросам борьбы с терроризмом Жиль де Кершов (Giles de Kerchove) заявил 9 августа, что в Сирии и Ираке прошли подготовку 5 тысяч европейских боевиков, и что треть их вернулись домой. Если это верно, то можно спросить себя, имеют ли страны ЕС представление о том, кто это, если не считать тех, кто был арестован сразу после возвращения на родину.

Две норвежско-сомалийские сестры — главные действующие лица в книге Осне Сейерстад (Åsne Seierstad), заслужившей высокую похвалу критиков — в числе «исчезнувших с экранов радаров». Они поступили как многие другие: вышли замуж за боевиков ИГИЛ и родили детей. Сестры находились в «столице» ИГИЛ Ракке, но их семья с 2014 года ничего о них не слышала. В российских республиках Чечня, Дагестан и Ингушетия, подавляющее большинство жителей которых — мусульмане, некоторые матери занимаются тем, что пытаются выяснить, где же их дочери, которые в свое время тоже вышли замуж за боевиков ИГИЛ.

Возможно, ни они, ни другие, кого интересует, где же ИГИЛ-овцы, ответа не получат никогда.

Видео дня. Россияне заблокированы на лайнере в Италии

Читайте также

курдская разведка рассказала о новой базе ИГИЛ в Ираке

По словам Лахура Талабани — высокопоставленного курдского чиновника, который занимается борьбой с терроризмом, — теперь отряды боевиков ИГИЛ не хотят захватывать территории и возрождать халифат. Они ушли в подполье и прячутся в горах Хамрин на северо-востоке Ирака, где очень много пещер. Обширную территорию не контролируют ни курдские формирования, ни иракская армия.

Би-би-си уточняет, что террористы, в частности, смогли реорганизоваться из-за напряженных отношений между Багдадом и курдами, причиной которых стал референдум о независимости Курдистана в 2017 году.

Как отметил Талабани, нынешний ИГИЛ напоминает террористическую организацию «Аль-Каеда», также запрещенную в России. «У них лучше техника и тактическая подготовка, а также больше денег. Они могут купить машины, оружие и еду. Их труднее одолеть, поэтому они напоминают „Аль-Каеду“ на стероидах», — добавил силовик. Он оценивает количество боевиков ИГИЛ в Ираке в 4-5 тысяч человек, еще столько же, по его словам, разделяют взгляды террористов и готовы встать на их сторону.

Командующий американской группировкой в Ираке Уильям Сили согласен, что ИГИЛ пытается возродиться в этой стране. Боевики в основном передвигаются по ночам и небольшими отрядами, добавил военный. По его мнению, иракские и курдские силы безопасности могут дать отпор и сейчас готовы гораздо лучше, чем в 2014 году, когда террористы захватили Мосул — второй по величине город Ирака.

ИГИЛ — международная террористическая организация, боевики которой планировали возродить арабский халифат с законами шариата. Летом 2014 года они захватили значительную часть Ирака. Затем они распространили свое влияние на соседнюю Сирию, где на значительных территориях было безвластие из-за гражданской войны. К 2019 году основные силы террористов в Ираке и Сирии разгромила западная коалиция во главе с США при поддержке курдов и сирийская армия президента Башара Асада, которой помогали Россия и Иран.

Возродится ли ИГИЛ? Что говорят бывшие боевики — новости Украины, Мир

В рамках всестороннего исследования террористических организаций Вера Миронова опросила местных и иностранных боевиков ИГИЛ (ДАИШ), а также лиц, причастных к незаконным перевозкам боевиков. Она делится своими знаниями о различных категориях бойцов ИГИЛ (ДАИШ), о том, что с ними произошло и что они могли бы делать дальше.

Беседы были проведены по телефону и во время работы на местах в Ираке, Сирии и Турции в период с 2013 по 2017 год, в частности когда автор была прикреплена к иракским силам специальных операций во время сражения за Мосул в 2016-2017 году. Автор присутствовала на судебных разбирательствах, связанных с ИГИЛ, в судах в Ираке и продолжает опрашивать бывших иностранных боевиков, скрывающихся в Восточной Европе и в Центральной Азии.

ИГИЛ не территория на карте: это группа людей, которые ищут для себя родину, и как показали последние несколько лет, их устроит любой клочок земли от Ближнего Востока до Филиппин. Для этого требуется лишь достаточно преданных делу и квалифицированных людей, добивающихся этой цели. Хотя коалиции по борьбе с ИГИЛ удалось лишить ИГИЛ территории в Ираке и Сирии, еще важнее выяснить, удалось ли в достаточной мере лишить ИГИЛ людских ресурсов, как внутри района боевых действий, так и за его пределами, чтобы действительно разгромить его. Если нет, мог бы ИГИЛ восстановить свою численность и начать сначала?

Чтобы по-настоящему понять будущее этой вооруженной организации, необходимо понять людей, состоящих в рядах ИГИЛ, что с ними произошло и что они могли бы делать дальше.

Много местных и иностранных бойцов группы были убиты, но некоторым удалось выжить. Выжившие местные боевики сейчас либо в тюрьме, либо скрываются. То же относится и к выжившим иностранным боевикам и сторонникам группы. Живы ли они или мертвы, члены ИГИЛ первоначально присоединились к группе или поддерживали ее в силу различных причин, и с их помощью можно предсказать будущее поведение тех, кто остался.

Боевики ИГИЛ (Фото — Facebook)

Убитые

Члены ИГИЛ, убитые во время операций против ИГИЛ в Ираке и в Сирии, относятся к нескольким категориям и погибли в разное время и по-разному. Как следует из собеседований с боевиками, большая доля тех, кто присоединился, чтобы умереть за джихад, и кто был наиболее одержим, добровольно шли на самые опасные задания (и даже на верное самоубийство) и были убиты в начале конфликта. Опытные боевики были в большой степени преданы делу и часто сражались до последнего дыхания. В октябре 2017 года, когда Ракку уже взяли, я связалась с одним из таких боевиков – русскоговорящим кавказцем, по-прежнему находившимся в эль-Маатен (Сирия). На вопрос о том, планирует ли он убежать, он ответил, что нет и что будет сражаться до конца. Конец настал на той же неделе, когда в результате авиаудара по их дому был убит он сам и его семья.

По неофициальным данным, полученным от бывших боевиков, особенно высокие потери отмечались среди молодых, неопытных членов группы, которые часто расплачивались жизнью за свои просчеты и отсутствие навыков. Некоторые даже гибли по своей собственной вине, например, при неправильной установке самодельных взрывных устройств.

Но даже не все погибшие в ИГИЛ сражались. Некоторые продали все у себя на родине и выехали в Сирию со своими семьями, полагая, что выезжают в утопическое исламское государство. Но зачастую у них не было обратного пути и они застревали там в нестабильной обстановке без связей и без денег. Когда ИГИЛ был выбит из Мосула и Ракки, выбраться можно было только незаконным путем, что стоило от семи до десяти тысяч долларов за одного человека. Даже если у кого-то и были такие деньги, не было гарантии, что человек, занимающийся незаконным вывозом людей, не работал при этом на службу внутренней безопасности ИГИЛ (известную как Амни), и что забрав деньги он не убьет их.

Еще одна группа людей внутри ИГИЛ была не согласна с руководством и считалась опасной. Среди этих неистово верующих боевиков росло недовольство тем исламом, который проповедовал ИГИЛ, и их либо убивали в тюрьмах ИГИЛ, либо – когда боевиков стало не хватать – их посылали на самые опасные линии фронта. К их числу относились так называемые «экстремисты» такфири (мусульмане, обвиняющие других мусульман в вероотступничестве), обвинявшие ИГИЛ в том, что это кафир (неверные), когда они поняли, что Исламское государство не утопия, которую они воображали. Как утверждает один из «экстремистов», которому удалось выжить, было общеизвестным фактом, что таких как он посылали из тюрем на фронт в Кобани, Дейр-эз-Зор и Хама. (Это было подтверждено в ходе собеседований с другими лицами в каждой из этих трех точек).

Подозреваемые в участии в ИГИЛ (Фото — Getty Images)

Выжившие

Гораздо менее многочисленная группа членов ИГИЛ выжила и находится либо в тюрьме, либо в бегах. Старшее руководство группы понимало, что если их поймают, им наверняка грозит смертный приговор, и поэтому либо им удалось скрыться, либо они предпочли погибнуть на поле боя или – применительно к членам группы, находившимся за границей, – отказались сдаться живыми.

Как следует из проведенных в Ираке собеседований с военнослужащими, судьями и адвокатами, в тюрьмах находятся в основном местные боевики рядового состава, которые сдались или были взяты в плен живыми. Один пример – тридцатилетний мужчина из Мосула, на суде по делу которого я присутствовала в январе 2018 года в Тель-Каифе: он состоял в ИГИЛ только последние три месяца оккупации и примкнул к группе, потому что не мог больше прокормить семью, а ИГИЛ платил ему 5000 динаров (около пяти долларов США) в день.

За пределами Ближнего Востока сторонников ИГИЛ тоже арестовывают по обвинению в терроризме. Некоторые – настоящие сторонники, которых обвиняют, например, в распространении пропаганды ИГИЛ через Интернет или содействии переправке бойцов в районы боевых действий. Другие не хотели иметь дела с ИГИЛ, но оказались сообщниками и были арестованы, например, за перевод денег родственникам, сражавшимся в Сирии, или за то, что отправились в Сирию в попытке вывезти оттуда своих родственников.

Все остальные члены ИГИЛ скрываются. Благодаря ИГИЛ, осталось их немного: ИГИЛ убивал на месте всех, кто пытался спастись от группы бегством, и сажал в тюрьму каждого, кто говорил об этом. Но в силу самостоятельного выбора небольшая группа людей, которым удалось уйти живыми, потенциально очень опасна.

Речь идет об иностранных боевиках, убежавших из ИГИЛ на разных этапах. В начале, как сообщили несколько иностранных боевиков, с которыми я разговаривала, в их число входили лица, скрывшиеся со значительными денежными средствами, принадлежавшими группе и предоставленными ей для закупки вооружений и техники или для проведения операций за границей. Как вспоминает один бывший иностранный боевик с Кавказа, отдельно готовили специальный отряд для будущих операций на Кавказе. Однако, как он сообщил, к нему присоединилось очень мало боевиков: не только физическая подготовка была очень тяжелой, но и члены группы возражали против того, чтобы сражаться за границей, и настаивали на том, чтобы ресурсы использовались для улучшения качества жизни в халифате.

Более крупная группа иностранных боевиков начала уезжать в 2014 и 2015 году, когда мощь ИГИЛ достигла апогея. Это были вышеупомянутые «экстремисты» такфиристы. Поскольку они были против ИГИЛ, который воспринимал их как пятую колонну, они постарались скрыться от группы, чтобы выжить, но мало кому из них удалось.

После освобождения Мосула в августе 2017 года некоторые лидеры ИГИЛ, которые поняли, что группе не восстановиться после территориальных потерь, стали уходить, захватывая с собой крупные суммы денег, благодаря чему они смогли подкупить людей и уйти, а в случае иностранных лидеров ИГИЛ – приобрести новые документы.

Благодаря анонимности многие агенты Амни смогли уйти. У них не только был доступ к денежным средствам группы, но и многие из них не были известны коалиции по борьбе с ИГИЛ, так что им даже не пришлось никого подкупать. Более того, пока они работали на ИГИЛ, они часто были в масках, так что после освобождения другие боевики и местное гражданское население их не узнало.

Что дальше?

Многие местные руководители группы до сих пор живы, на свободе, и в их руках деньги группы. Это позволит им не только обезопасить себя, но и помогать вдовам и детям боевиков ИГИЛ. Тем временем местные боевики, которым удалось бежать, но которых знают местные власти, вынуждены скрываться в сельских районах, даже если они бы предпочли демобилизацию. Некоторые, возможно, продолжают участвовать в повстанческих действиях. Неизвестные агенты Амни могут скрываться в городах и потенциально готовиться к новым крупным городским операциям.

Что касается высшего звена иностранных лидеров и Амни, которые смогли убежать, благодаря своему опыту и связям они могли бы воссоздать группу в новой точке. Поскольку «бренд» ИГИЛ воспринимается как эффективный, он еще может привлечь новых членов, недовольных жизнью в своих странах.

В то же время, как заметили во время бесед адвокаты в Ираке и России, рядовых бойцов, которые находятся сейчас в тюрьмах в Ираке, в Сирии и в других странах, могут выпустить в течение десяти лет. Тюремная охрана и следователи уже обеспокоены тем, что дальнейшая радикализация и координация продолжится в тюрьмах, как произошло во время действий военной коалиции под руководством США в Ираке с такими тюрьмами, как Кэмп-Букка (где американские военные распоряжались местом содержания под стражей с 2003 по 2009 год). Помимо этого к тому моменту, когда отцов, возможно, освободят, дети боевиков ИГИЛ вырастут и могли бы омолодить ряды вновь организованной группы.

Бывшие члены, покинувшие ИГИЛ из-за несогласия с идеологией или тактикой группы, с большим успехом разъясняют потенциальным сторонникам ИГИЛ, почему организация не оправдала надежд. Но поскольку они скрываются без документов или средств к существованию, их варианты на будущее ограничены, а зачастую единственное, что они умеют делать – это воевать. Поэтому они становятся легкой добычей для преступных сетей. Как утверждает один бывший боевик, некоторые его товарищи уже занимаются незаконным сбором долгов и грабежом.

Качественный анализ бывших боевиков ИГИЛ указывает на то, что чтобы не допустить формирования следующего ИГИЛ, нужен всеобъемлющий подход. В частности можно было бы: предпринять шаги, призванные помешать бывшим членам ИГИЛ, находящимся в тюрьмах, организовать и радикально настроить других заключенных; укрепить международное сотрудничество и обмен разведданными в целях отслеживания бывших боевиков; изучить программы по дерадикализации и реинтеграции. По возможности было бы целесообразно заняться первопричинами, такими как качество жизни и дискриминация, которые могли изначально способствовать росту ИГИЛ и могли привлечь иностранных боевиков.

Статья опубликована в издании «NATO Review». Публикуется с ведома и разрешения правообладателя в официальном переводе.

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о